Главная » Библиотека » Живая память » «КАК МЫ ИДЕЙНО РАЗЛАГАЛИ ПРОТИВНИКА»

Живая память

 

Воспоминания ветеранов

Второй Мировой войны

 

 

г. Лиепая, 2007


 

И опять к воспоминаниям

Меня уводит в даль

«За победу над Германией!»

Солдатская медаль.

 

«КАК МЫ ИДЕЙНО РАЗЛАГАЛИ ПРОТИВНИКА»

 

Интересную историю поведал Мирон Яковлевич ТИШМАН, родившийся в г. Горький в 1920 году.

- Отец мой был участником двух войн - гражданской и Великой Отечественной, награжден орденами Славы и Отечественной войны. В 1939 году я закончил десятилетку и по комсомольскому спецнабору был призван на флот. В городе Ораниенбаум учился в школе младших авиаспециалистов. Когда началась война с финнами, выпускников школы направили туда. Мы поддерживали связь с морской пехотой на фронте. А когда кампания закончилась, грамотных специалистов, «идейно подкованных» направили в Таллин. Я попал в число таких специалистов.

Нам предстояло «советизировать» Прибалтику. Сейчас много всякого говорят про тот период, но я моту сказать одно, когда советские войска входили в Таллин, большого сопротивления не было оказано. Разве что одна другая группа выходили на улицы с плакатами...

Когда началась Великая Отечественная война и Красная я стала отступать Морская гидроавиационная Таллинская 44-я часть в августе 1941 года была передислоцирована из Таллина в Кронштадт. Весь летнотехнический состав был направлен в другие части, а рядовой состав остался оборонять Таллин. Мы удерживали город до 27 августа, затем были вынуждены отступить. Немцы прижали нас к морским портам, сухопутные дороги были отрезаны.

Армейские части, раненых эвакуировали на приспособленных плавсредствах: катерах, понтонах, гидрографических кораблях, а немцы не оставляли нас в покое - бомбили и обстреливали из пулеметов с воздуха, невзирая на то, гражданское это судно или военное. Летали низко, едва не задевая клотики. Мы несли огромные потери. На полпути из Таллина в Кронштадт в гидрограф, на котором находился и я, попала бомба. Она расколола судно пополам, а на судне находились раненые и эвакуированное население. Этот кошмар я до сих пор не могу забыть.

Помнится, мы, матросы, страшно устали во время этого перехода. Командир разрешил нам спуститься в 3-й отсек, немного отдохнуть. Мы с ребятами, едва сняв ботинки с обмотками, тут же уснули от усталости. Повернувшись во сне на бок и свесив руку, я ощутил воду. Быстро спрыгнул с подвесной койки, а в отсеке воды по грудь и почему-то горит трап. Но именно это и спасло нас. В кромешном мраке он был единственным указателем к выходу. Мы пробирались на этот свет, а затем поднялись на верхнюю палубу.

Страшная картина предстала перед нами. Мы увидели, что нос корабля отрублен. Капитан кричит нам: «Прыгайте в воду! Должен прийти большой катер, он подберет нас. Шансов спастись в этом аду было очень мало. С воздуха обстреливали немцы, внизу вода. Но катера все же подошли и подобрали людей. Спаслось нас тогда человек 12-13, остальные погибли. Только под утро мы добрались до Кронштадта. Там нас хорошо приняли, выдали продовольствие и пехотную форму, только тельняшки и бескозырки морские остались на нас... Уже через двое суток была сформирована бригада морской пехоты, и нас бросили пол Ленинград. Меня назначили замполитом.

С началом блокады города нам урезали пайки. Мы получали те же 125 граммов хлеба, что и ленинградцы. Жили в землянках, горячую пищу получали не всегда. Немцы усиленно обстреливали город, а дымок полевой кухни служил им ориентиром, поэтому наши кухни часто разбивали.

За годы войны, а воевал я на Ленинградском и Прибалтийском фронтах, мне довелось сменить немало специальностей. Был командиром отделения отдельной роты противотанковых ружей, командиром отделения 45-мм минометных орудий, замполитом батальона, инструктором и консультантом личного состава по политподготовке. Кто-то несведущий подумает - непыльная работенка. Но это только на первый взгляд. Кому, как ни политруку поднимать в бой бойцов под вражеским огнем?!

Рядом со мной воевали бойцы разных национальностей. Порой они знали русский язык очень плохо, тогда они обращались ко мне за помощью. Мне удавалось найти общий язык со всеми и объяснить непонятное. Не скажу, что все было очень гладко и хорошо. Не раз приходилось подвергаться всевозможным проверкам. Меня проверяли на политзанятиях, подсылали стукачей, подселяя их ко мне в землянку. Однако я выдержал испытание.

По рекомендации политуправления полка был инструктором по идейному разложению противника. В мое распоряжение предоставили двух немецких антифашистов, выдали пропагандистские листовки. Мы устанавливали громкоговорители в тех местах, где наши и немецкие части соприкасались. И немецкие антифашисты буквально в ста метрах от немецких траншей читали эти листовки. Обычно в ответ слышали стрельбу, порой раздавались даже залпы минометов. К счастью, потерь среди нас не было.

В мою задачу входил перевод текстов листовок и организация всей операции. Помимо всего прочего я был ещё внештатным корреспондентом фронтовой газеты. Стал писать сразу же, как попал в воинскую часть, писал и стихи для газеты. Несколько статей из газет тех лет у меня сохранилось.

Войну я закончил в Прибалтике. Здесь и после 9 мая ещё продолжались бои в «Курляндском котле». Хоть до больших чинов не дослужился (для меня это было не главное, и занимая офицерские должности я все еще продолжал носить лычки старшины, только в 1944 году мне присвоили звание младшего лейтенанта), но боевые награды имею - два ордена Отечественной войны, медали «За Победу над Германией» и «За оборону Ленинграда», а все у меня 22 медали и знака отличия.

До 1948 года оставался я в рядах Советской Армии, хоти и рвался «на гражданку», три рапорта подавал, но мне все отказывали. И только за три года до выхода на военную пенсию уволился в запас. Работал директором Клуба железнодорожников и слесарем на Машзаводе, причем начинал там учеником, а закончил слесарем 5-го разряда. Но дольше всего - 25 лет - я проработал на заводе «Сарканайс металургс».

Семья у меня была крепкая, только вот жена уже умерла, но зато осталась со мной младшая дочь.

От редакции: Мирон Яковлевич, как в годы боевой молодости, активно участвовал в общественной жизни до последних дней своей жизни. Его не стало в июне 2006 года.

 

СОДЕРЖАНИЕ

Книга вышла при поддержке Генерального консульства РФ в Лиепае, Лиепайской русской общины и Валерия Агешина, депутата Сейма Латвии.