Главная » Новости » 2010 » Под Лиепаей нашли «Москву»

Под Лиепаей нашли «Москву»

18.06.2010 ЧАС

 

Усилиями местных краеведов, дайверов и Лиепайской русской общины найдены останки «Москвы» - военного парусника XVIII века.

 

 

Игорь ВАТОЛИН

 

252 года эти останки хранило море.

 

На фото (слева-направо): Юрий Брулев (Лиепая, дайвер), Руслан Баранов (Рига, дайвер), Константин Шокин (Рига, дайвер, директор клуба "Sea Baltic"), Игорь Ватолин (Рига, корреспондент газеты "ЧАС"), Максим Гусаров (Рига, корреспондент канала TVCentr в Латвии), Игорь Уткин (Рига, телеоператор канала TVCentr в Латвии), (в центре) - организатор экспедиции Валерий Кравцов (Лиепая, дайвер, председатель Лиепайской Русской Общины, депутат Лиепайской Думы от политического объединения "SASKAŅA CENTRS").

 

Есть «Москва»!

 

15 июня команда дайверов клуба Sea Baltic во главе с рижанином Константином Шокиным высадилась на морском берегу у местечка Зиемупе, чтобы продолжить поиски останков «Москвы». Первую попытку предприняли две недели назад. Безрезультатно. В этот раз заказчик, Лиепайская русская община, взялся организовать облет побережья на самолете...

Накануне два дня штормило. Так что облет ничего не дал.

Однако нет худа без добра. Мощный шторм размыл наслоения песка и ила. И дайверам в 400 метрах от берега удалось обнаружить деревянные конструкции.

 

 

На фото: Руслан Баранов (Рига, дайвер, член клуба "Sia Baltik").

 

А на берегу аккурат напротив подводной находки нашли фрагменты корабельной обшивки. Поскольку сведения о затоплении в этом месте других подобных парусников отсутствовали, логично предположить, что найдены останки именно «Москвы».

 

Потерпевшие кораблекрушение

 

В сентябре 1758 года российская эскадра возвращалась в Кронштадт из канала Зунд, который блокировала совместно со шведским флотом в ожидании возможной попытки прорыва англичан. 21 сентября (по новому стилю) в сильный норд-ост на 66-пушечном линейном корабле «Москва» треснула грот-мачта, а еще через десять дней у острова Готланд штормом были порваны ванты и образовалась течь. Командующий эскадрой контр-адмирал Лопухин отпустил корабль в расположенный неподалеку порт Данциг (ныне Гданьск).

По пути треснула фок-мачта... У Данцига из-за встречного ветра судно не смогло подойти к берегу. Стало ясно, что в ближайшее время корабль не сможет войти на Данцигский рейд...

Созванный командиром И. Голенищевым-Кутузовым совет офицеров решил следовать в ближайший порт Мемель (ныне Клайпеда), захваченный российскими войсками в 1757 году.

В ночь на 8 октября «Москва» приблизилась к мемельскому рейду и встала на якорь, но осенние ветры опять не позволили доставить на борт пресную воду.

Тогда Голенищев-Кутузов повел корабль домой в Кронштадт. Однако налетевший ночью шторм прижал «Москву» к курляндскому берегу и в час дня 9 октября пришлось отдать якоря, чтобы не быть выброшенными на мелководье. Но через два часа шквалом сломало румпель, бушприт и фок-мачту...

Несмотря на срубленную мачту и два отданных якоря, «Москва» неуклонно дрейфовала к берегу, вода в трюме все прибывала. В два часа ночи 10 октября корабль оказался на мели. Под утро определили, что крушение произошло в двух кабельтовых (1 кабельтов - 182,88 метра) от берега, на расстоянии четырех миль к северу от Либавы.

Шлюпки были выведены из строя рухнувшими за борт бушпритом и фок-мачтой. Команде пришлось переправляться на сушу на плотах, оставив на борту все, включая судовые документы. 12 октября на пустынном побережье удалось раздобыть несколько лодок и перевезти последних остававшихся на борту. На следующий день шторм разломил стоявший на мели корабль на две части. Корма затонула у берега, большое число снаряжения и вооружения, припасов, обломков было выброшено волнами на сушу.

Из-за голода и холода в импровизированном лагере ежедневно умирало до 20 человек, а всего в братских могилах среди курляндских дюн похоронили 98 моряков команды «Москвы». На месте братской могилы установили деревянный православный крест.

Жившего по соседству немецкого помещика Осен-Сакена на месте не было, а его управляющий никакой помощи не оказал. Тогда И. Голенищев-Кутузов решил до наступления морозов двигаться в Либаву, где находилось российское консульство. Там изнуренным 20-километровым переходом морякам оказали полную поддержку. Накормили, одели, обогрели и, выправив документы, отправили по месту службы - в Кронштадт...

Подробности кораблекрушения стали известны из рапорта в Адмиралтейств-коллегию командовавшего русской военно-морской базой в Мемеле контр-адмирала П. Г. Кашкина от 18 октября 1758 года. Произведя положенное в таких случаях разбирательство, коллегия признала, что вины командира, офицеров и матросов «Москвы» в случившемся нет - все произошло «волей божьей». О погибшем корабле вскоре забыли. На целых 155 лет.

 

155 лет спустя

 

В мае 1913 года отставной штаб-ротмистр лейб-гвардии Гусарского полка, статский советник Иван Владимирович Гартунг, проживавший в Санкт-Петербурге, приобрел имение Зеемупен, находившееся на берегу в 25 верстах от Либавы. От местных лесников он узнал, «что в море недалеко от берега лежит пушка».

Будучи человеком любознательным и достаточно образованным, новоиспеченный помещик обнаружил, «что при тихой воде, в 52 саженях от берега видно от 15 до 20 пушек на глубине 8-9 футов, а дальше саженях в 200 видно днище и якорь какого-то погибшего судна».

Установив, что это могут быть остатки потерпевшего крушение линейного корабля «Москва», хозяин имения предпринял попытки собственными силами поднять хотя бы одно из орудий. Однако подводные работы привлекли внимание пограничной стражи, и Гартунгу пришлось обратиться к общественности. При содействии либавского Спасательного общества при порте императора Александра III удалось поднять со дна четыре ствола.

Извещение о находке послали в адрес министра императорского двора. В том же письме излагалось намерение преподнести реликвию лично государю, а также готовность установить памятник на месте захоронения российских моряков.

В итоге на установку памятника выделили 500 рублей - по тем временам сумма немалая. Однако из-за отдаленности места и отсутствия могил (их к тому времени размыло море) памятный знак решили установить в самой Лиепае. На Северном кладбище, где хоронили моряков и офицеров порта, погибшим морякам «Москвы» установили кенотаф (надгробный памятник при отсутствии захоронения) в виде обелиска.

Скоро грянула Первая мировая. У обелиска стали хоронить моряков, погибших в сражениях и скончавшихся от ран в госпитале. А в 1923 году на памятнике появилась мемориальная доска «Героям Первой мировой войны».

Куда делись поднятые пушки, толком неизвестно. То ли их успели увезти в Санкт-Петербурге, то ли они остались где-то в Либаве.

 

Прошло 97 лет

 

В наше время сюжет история крушения «Москвы» заинтересовала трех человек. Лиепайского историка Гунара Силакактиньша, российского адмирала в отставке Бориса Гавриловича Новых и археолога-подводника Волдемара Райнса. Гунар Силакактиньш списался с адмиралом, который в Архиве ВМФ разыскал информацию о «Москве». Последний раз в эти папки заглядывали в 1914 году.

Волдемар Райнс приступил к разведке «Москвы» в июле 2000 года. Со второй попытки в ста метрах от берега он обнаружил остатки деревянного корпуса и широченные шпангоуты, плюс балласт из характерного для XVIII века красного кирпича. Так «Москву» нашли во второй раз.

В прошлом году история «Москвы» заинтересовала председателя правления Лиепайской русской общины Валерия Кравцова. Проконсультировавшись с Гунаром Силакактиньшем и Волдемаром Райнсом, он решил поднять фрагменты затонувшего судна. После открытия в 2008 году памятного знака морякам-цусимцам у Свято-Никольского морского собора, община решила восстановить памятник на месте упокоения моряков «Москвы».

 

25 июля - в Зиемупе

 

Найденные фрагменты отправлены на экспертизу. Металл взялись протестировать тут же в лаборатории «Лиепайского металлурга», древесину - на «Латвияс финиерис» в Риге. Однако какими бы ни были результаты, в последнее воскресенье июля (в этом году оно выпадает на 25-е число) в Зиемупе будет открыт памятный крест морякам «Москвы» из отданной морем древесины.

Однако община на этом не собирается останавливаться. Следующая задача - поднять со дна пушки.

Взявшись за расследование кораблекрушения «Москвы», следопыты ЛРО первым делом занялись пушками, поднятыми в 1913 году. Поиски привели на берег бассейна Лиепайского порта, где сейчас терминал нефтепродуктов.

Судя по всему, пушки с «Москвы» были вмурованы в железобетонный причал в качестве причальных кнехтов, два из которых можно и сейчас видеть у воды. По слухам, еще несколько пушек в начале 90-х подняли со дна морского собиратели черного металла. Поиски продолжаются...

 


 

Написать комментарий

  • Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.